9 марта 2010 г.

Четверо отважных , как два украинца, русский и татарин покорили Тихий океан

50 лет назад завершился героический дрейф самоходной баржи Т-36 по Тихому океану.

В ночь на 17 января 1960 года в штормовую погоду самоходная баржа Т-36, стоявшая на разгрузке в заливе острова Итуруп (Южные Курилы), была сорвана шквалистым ветром и унесена в Тихий океан. На её борту находилось четверо военнослужащих инженерно-строительных войск Советской Армии: младший сержант Асхат Зиганшин и рядовые Филипп Поплавский, Анатолий Крючковский и Иван Федотов.

Скудные запасы еды быстро закончились. В пищу пошли кожаные ремни, гармонь и даже имевшиеся на борту несколько пар кирзовых сапог. Их эпопея продолжалась 49 дней.

7 марта истощённые и обессиленные люди были подобраны американским авианосцем "Кирсардж" (USS Kearsarge (CVS-33). В тяжелейших условиях они смогли не только выжить, но и сохранить человеческое достоинство. По возвращении домой им был организован торжественный приём, они были награждены орденами Красной Звезды и получили широкую известность.



Из воспоминаний Анатолия Крючковского: 

—...Штормило в заливе постоянно, потому что он открывался прямо в Тихий океан. Но тот шторм был особенно сильным — в считанные секунды поднялись огромные волны, нашу баржу оторвало от швартовочной мачты и давай швырять ее по заливу, как щепку. Суденышко-то было небольшое. Мы боялись, что нас выбросит на камни, поэтому запустили двигатели. Старались маневрировать. В это время была повреждена рация, и мы не могли связаться с берегом. 13 часов боролись со штормом, пока не кончилось горючее. Постепенно нас стало выносить в океан."

— Вымотавшись, решили перекусить. На барже была небольшая печка-буржуйка и запас топлива для нее. В трюме мы отыскали картошку. Но ведро, в котором она лежала, во время шторма опрокинулось, и все рассыпалось по полу, залитому соляркой. Сварили несколько картошек, но оказалось, что есть это невозможно: все пропитано соляркой. Впрочем, через пару дней и такая пища пошла на ура.

— После того как закончилась картошка, старшина Зиганшин предложил сварить ремешки от часов. Потом в пищу пошли сапоги. Хорошо, тогда все натуральное было, а не кожзаменитель. Мы ведь и зубную пасту, и мыло пытались жевать.

—...Когда кирза сгорала, она превращалась в нечто похожее на древесный уголь и становилась мягкой. Этот "деликатес" мы намазывали солидолом, чтобы легче было глотать. Несколько таких "бутербродов" и составляли наш суточный рацион.

— Потом мы обнаружили кожу под клавишами гармошки — такие маленькие кружочки. Их глотали без обжига, так как кожа была достаточно мягкая. Зиганшин предложил: "Давайте, ребята, считать, что это мясо высшего сорта". Иван Федотов сыграл в последний раз на гармошке "Амур-батюшка", и мы ее съели. 

— Мы все время работали, сколько хватало сил. Откачивали воду из трюма — нас ведь постоянно затапливало. Приходилось стоять по пояс в ледяной воде и миской ее вычерпывать. У баржи было второе дно, и мы думали, что там пробоина. В конце концов, нам удалось добраться до люка, открыли, глянули — а там решето. Дно было просто разбито. Не зря говорили, что мы родились не только в рубашке, но еще и в трусах...

— В последние дни начались галлюцинации. Слышалось, будто где-то рядом кузница, разговаривают люди, гудят машины. А когда поднимаешься на палубу, видишь — вокруг пустота, сплошная вода, вот тут-то становилось по-настоящему страшно. Мы договорились: если кто-то из нас почувствует, что не сможет дальше жить, то просто попрощаемся и все. Оставшийся последним напишет наши имена. Как раз в тот день мимо нас проходил корабль. Мы стали подавать ему сигналы, но из-за большого расстояния нас не заметили. Это было 2 марта. Еще одно судно мы увидали 6 марта. Но оно тоже прошло мимо.

— Мы похудели на 27-30 кг. Потом показывали американцам "фокус": становились втроем и обхватывали себя одним солдатским ремнем.

На 49 день дрейфа у них оставалось три спички и полчайника пресной воды.
Из героической четверки Поплавского и Федотова уже нет в живых.
Сын Поплавского закончил ВВМУРЭ им. Попова вместе с зятьями Крючковского и Зиганшина! Анатолий Крючковский живет в Киеве, более сорока лет работает на заводе "Ленинская кузница". Асхат Зиганшин живет в России. В родном селе Асхата  Рахимзянович - Шентала (Самарской обл.) его именем названа улица.

По материалам СМИ

Комментариев нет:

Отправить комментарий