Подвиг мичмана Баева.
Шахта почти полностью заполнилась водой, но давление в шахте было всего 2 кгс/см2 и больше не поднималось.
Я с ужасом понял: шахта дырявая.
Прекратил подачу воды.
Вода спала до уровня клапана вентиляции.
Затем я на некоторое время потерял сознание, видимо, от испуга, так как понял, что замурован.
Очнувшись, вставил ключ в замок отдраивания кремальеры нижнего люка, но отдать кремальеру не смог, так как воды в шахте было около трех тонн»
(Проще всего было затопить отсек и выходить через шлюзовую трубу аварийного люка. Но тогда подъем лодки значительно бы затруднился. И главнокомандующий Военно-морским флотом Горшков попросил мичмана: «Сынок, если сможешь выйти, не затапливая отсек, - выходи» прим.).
После неудавшейся попытки отдраить кремальеру Баев начал выжимать воду через трубопровод вентиляции шахты, погружаясь периодически под воду с головой: понимал, что будет находиться точно в мышеловке до той поры, пока не сумеет открыть нижнюю крышку.
Без этого - погибнет. Дышать было уже нечем.
Собрав последние силы, Василий Петрович снова погрузился, рывком, да таким, как потом выяснилось, что даже согнулся стальной шток, открыл кремальеру.
Вместе с водой его выкинуло из АСЛ в отсек, но поскольку он был сгруппирован и находился под водой, ему повезло.
Иначе крышкой люка, которая захлопнулась под действием пружины, могло отрубить руку, ногу или даже голову.
Однако при падении ударился о блок осушки головой и потерял сознание.
Когда пришел в себя, начал освобождаться от снаряжения.
Гидрокомбинезон был разорван, баллоны аппарата - совершенно пусты.
Снова нужда заставила заниматься ремонтным делом - устранять неисправность в шахте и делать ее герметичной.
Перебрал кучу аппаратов, но пригодных для дыхания ИДА-59 не оказалось.
Самообладания не потерял, решил выходить за счет воздуха в собственных легких, который он будет выдыхать в аппарат по мере повышения давления в АСЛ, а также используя свойство наполнителя: если его раздышать, то он выделяет кислород в зависимости от количества поглощенной влаги и углекислого газа.
Обдумывая все это, услышал из гидрофона тревожный запрос: «Баев, почему не выходишь из лодки?.. Через сколько минут будешь выходить?
Ответь нам стуком. Одна минута - один удар…».
Кувалдой отстучал 60 ударов.
Это означало, что на поверхности воды он появится в лучшем случае только через час.
Для второй попытки покинуть лодку Василию Петровичу необходимо было отремонтировать клапан вентиляции и с помощью тисков выровнять стальной шток на крышке люка.
Устранив все неисправности, мичман облачился в другой гидрокомбинезон и снова вошел в шахту аварийно-спасательного люка.
Опять ногой раскачал крышку и наглухо закрыл нижнее отверстие шахты, затем начал заполнять шахту забортной водой.
По мере повышения давления в АСЛ делал вдох из воздушной подушки шахты и выдыхал в аппарат ИДА-59.
Воздух, проходя через наполнитель в регенеративном патроне, обогащался кислородом.
Когда вода дошла до подбородка, Баев переключился на дыхание в аппарат и стал ждать.
«Я понимал, что если крышка аппарата не откроется и на этот раз, я погибну, - вспоминал он впоследствии. От волнения снова чуть не потерял сознание, когда вдруг верхняя крышка АСЛ открылась».
Мичман вышел из шахты и надежно закрыл крышку люка.
Увидеть живым его уже не ожидали.
Невдалеке светились иллюминаторы спасательного судна.
Плыть Василий Петрович не мог, впал в забытье.
«Всплыл! - услышал вдруг откуда-то сверху радостный крик.
И тут же тревожный голос уточнил: «Не шевелится, наверное, мертвый».
Тогда Баев поднял руку, «Живой!» - выдохнули ликующе спасатели.
Вскоре после аварии Василий Петрович Баев, получив звание старшего мичмана, был назначен на должность главного боцмана.
Теперь он вошел в число тех специалистов, которым доверено самое главное: погружение и всплытие атомохода.
Удостоился он и ордена Красной Звезды.
Правда, в представлении на награду не говорилось о том, что мичман не только сам вышел из затонувшей АПЛ, не затопив отсеки, но и сумел спасти 22 человека.
Акцент делался лишь на то, что на следующий же день после своего спасения В.П. Баев снова оказался на аварийной подлодке.
Спустился он туда в акваланге АВМ-5 вместе с водолазами, чтобы показать им шпигаты, через которые можно было осушить носовые отсеки.
Спасение экипажа К-429 завершилось, в лодке остались четверо: начальник штаба капитан 1-го ранга А. А. Гусев, управляющий кораблем командир 379-го экипажа капитан 1-го ранга Н. М. Суворов, старший механик 379-го экипажа капитан 2-го ранга Б. Е. Лиховозов и заместитель командира 379-го экипажа по политчасти капитан 2-го ранга И. Пузик.
В течение двух суток они подготовили морально, обучили, натренировали и выпустили из затонувшего корабля 98 подводников.
Теперь пришел их черед.
Определили очередность: замполит, стармех…
Кто пойдет наверх третьим?
Ни один из каперангов не желал опередить другого, каждый обосновывал свое право оставить корабль последним.
Последними с подводной лодки уходили командир корабля Николай Суворов и принявший на себя командование Алексей Гусев.
Они затопили отсек и через торпедные аппараты вышли на поверхность.
.jpg)
.jpg)
