После 40 дней достаточно интенсивных военных действий на Ближнем Востоке возникла надежда на прекращение огня и некоторое перемирие.
Технически прекращение огня, по крайней мере, ослабление интенсивности боевых действий, связано как с взаимным истощением арсеналов, так и с необходимостью восстановления разрушенной или повреждённой войной инфраструктуры и военного и гражданского производства.
Стороны конфликта нанесли друг другу существенный прямой и косвенный урон.
У Соединённых Штатов Америки помимо огромных военных расходов, составивших сумму примерно 41 миллиард долларов, или примерно 1 миллиард долларов США за один день войны,
есть значительные военные потери в авиации на сумму около 2,8 миллиардов,
во флоте (повреждение авианосца «Джеральд Форд» и нескольких небольших кораблей и судов на базах в Персидском Заливе, возможные повреждения авианосца «Авраам Линкольн» и авианесущего десантного корабля «Триполи» и /или кораблей групп их сопровождения),
огромные потери на поражённых ракетами и беспилотными летательными аппаратами американских военных базах по всему Ближнему Востоку, некоторые из которых, возможно, уничтожены почти полностью.
Среди самых существенных военных потерь США следует отметить поражение почти всех радиолокационных систем на американских военных базах, в том числе радаров раннего обнаружения пусков баллистических ракет, в том числе включённых в систему раннего оповещения о пусках стратегических ракет, которые могут нести ядерное оружие, радары космической связи, пусковые ракетные установки и так далее.
В ходе ведения военных действий и по мере нарастания американских потерь в этой сфере выяснилось, что основная цель размещения американских военных баз в регионе была не столько защита стран, на территории которых находились эти военные базы, но в основном целью была защита государства Израиль.
Также среди самых существенных потерь Соединённых Штатов Америки в этой войне, ... следует отметить невосполнимые потери двух самолётов дальнего радиолокационного обнаружения (ДРЛО) АВАКС и потерю нескольких (по различным подсчётам, от 8 до 10 единиц самолётов — заправщиков КС-135, без которых невозможны дальние перелёты американских дальних бомбардировщиков и израильских истребителей.
Всего, по различным оценкам, у США и Израиля в регионе собрано до 40–50 этих самолётов, потери которых являются невосполнимыми, так как их производство давно прекращено, а производство новых самолётов-заправщиков сильно ограничено количественно, при стоимости одного самолёта около 1 миллиарда долларов США.
По независимым оценкам, США потеряли убитыми около 1 000 солдат и офицеров, около 5 тысяч было ранено.
Эти потери связаны с нанесением Ираном и его союзниками в Ираке точных ударов по американским военным базам в регионе, а также по местам массового проживания американских солдат в странах размещения (в основном, в отелях).
В ходе конфликта выяснилось полное отсутствие каких-либо защитных сооружения для персонала американских военных баз в регионе, а сами сооружения для персонала на этих базах в большинстве своём представляли собой лёгкие одноэтажные сооружения и палатки на аэродромах.
Среди сильно повреждённых американских военных баз в регионе — база американского военно-морского флота в Бахрейне, на которой располагалось командование 5-го флота США, передовой штаб Центрального командования США, который был размещён на авиабазе Аль-Удейд в Катаре, которая ежедневно подвергалась интенсивным обстрелам, основная база США в Ираке «Виктория», расположенная на территории багдадского аэродрома, на которой находится (или находился) штаб сил США в Ираке.
Государство Израиль, вероломно напавшее на государство Иран, также понесло потери в этой войне, пока не ставшие критическими.
Ираном и его союзниками суммарно за две войны были атакованы военные объекты — военные базы Глилот, 8200, 9900, космический радар в Эмек-ХаЭля (библейская «Долина Эля»), радар на горе Мерон, центральная база логистики в Шоаме и аналогичные базы логистики на севере и на юге Израиля,
военные авиабазы Пальмахим, Неватим, Рамат-Давид, Рамон, Тель-Ноф, Хацерим, завод по производству БПЛА в Петах-Тикве, ёмкости авиатоплива в Бен-Гурионе, завод «Элбита» в окрестностях Беэр Шевы, огромная площадка IAE рядом с Бен-Гурионом.
Также были атакованы невоенные объекты — НПЗ в Хайфе, электростанция в Хадере «Орот Рабин», корабль в ашдодском порту, порт Эйлата, который сейчас практически не работает из-за отсутствия возможности прохода судов в Израиль мимо территории Йемена по Красному морю.
По различным оценкам, Израиль несёт серьёзные потери во время нынешней агрессии в Ливане — примерно около 100 погибших и 3 тысяч раненых (это соотношение 30:1 — одно из самых эффективных в мире и говорит о высокой эффективности израильской военной медицины).
«Хизбалла» говорит об повреждении или уничтожении около 130 танков и других единиц бронетехники (ПТРК, дроны).
Большинство попаданий «Хизбаллы» в израильскую бронетехнику задокументировано на видео.
Операция Израиля в Ливане является очередным международным преступлением и уже вызвала крайне негативную реакцию большинства стран мира.
Именно продолжение Израилем агрессии против Ливана сейчас, в эти дни и часы, является основным препятствием к достижению хоть какого-нибудь перемирия в регионе.
Государство Иран также понесло серьёзные потери из-за американо-израильской агрессии.
Есть серьёзные разрушения инфраструктуры (мосты, НПЗ), попадания ракет и бомб в военные заводы, разбито большое количество пусковых установок.
Израиль и США первым вероломным ударом убили духовного лидера Ирана и несколько военных и гражданских руководителей страны.
Но Иран сплотился вокруг своего нового духовного лидера, на место павших руководителей встали новые.
Сейчас Иран уничтожил или серьёзно разрушил военную инфраструктуру США в регионе, не дал осуществиться наземному вторжению курдов, и контролирует Ормузский пролив, через который проходит транзит примерно 20% мировых энергоресурсов — поставок нефти и газа.
В результате выросли мировые цены на нефть и газ, упали биржевые индексы, а во многих странах начала ощущаться физическая нехватка внешних поставок нефти и газа.
Сейчас дальняя от Ирана часть Ормузского пролива заминирована, фарватеры проходят близко с сухопутной территорией Ирана, и Иран технически осуществляет жёсткий контроль.
Сейчас через пролив проходит примерно 10% кораблей по сравнению с довоенными количествами.
В Соединённых Штатах Америки из-за войны и из-за её последствий сильно обострились внутриполитические и внутриэкономические проблемы.
Медленно, но неуклонно растёт стоимость бензина, особенно на Западном побережье США, полностью зависящем от привозных нефтепродуктов.
В Соединённых Штатах Америки до сих пор не проложен нефтепровод из нефтедобывающего Техаса до солнечной, но лишённой собственных нефтепродуктов Калифорнии, в результате чего в Калифорнии рост мировых цен на нефть наиболее остро сказывается на росте розничных цен на бензин.
Вместе с ростом цен на нефтепродукты растут цены на удобрения, что очень сильно сказывается на фермерских сельскохозяйственных штатах Среднего Запада, обычно голосующих на выборах за республиканцев.
Нарастающие из-за нападения на Иран и из-за сумбурной внешнеэкономической политики Трампа, повысившего тарифы на товары многих стран мира, внутренние цены в США,
общий спад экономической конъюнктуры, «дутый» ВВП США, в котором реальное производство составляет величину около 20%,
огромные проблемы с дата-центрами, пожирающими огромные энергетический мощности, обветшалая энергоструктура США, разваливающиеся железные дороги,
стремительное падение уровня общественной жизни из-за мигрантов, развязанная Трампом масштабная и частично незаконная война с мигрантами,
огромная разница между реальной жизнью американцев и тем, что им говорят по телевизору, дело Эпштейна и непрерывная ложь про войну с Ираном — все эти факторы сейчас играют против республиканской партии США и лично против рейтингов доверия к президенту Трампу.
Личный рейтинг доверия американцев к их нынешнему президенту упал до уровня около 36%, демократы выиграли несколько выборов в колеблющихся штатах и округах с большим перевесом,
а в чисто республиканском 14-м округе, где подавшая в отставку из-за разногласий с Трампом республиканская конгрессвумен Марджори Тейлор Грин в своё время победила с перевесом 29%, нынешние досрочные выборы республиканский кандидат выиграл с трудом с небольшим перевесом всего в 12% голосов, причём на первом этапе он потерпел поражение от кандидата демократов.
Различные прогнозы на ноябрьские выборы в среднем предсказывают уверенную победу демократов в Палате представителей (где-то около 230 голосов из 435) и ничью в Сенате (сейчас там лидируют республиканцы 53–47).
В случае такого исхода выборов, который по мере их приближения становится всё более и более необратимым, президент Трамп в ноябре станет так называемой «Хромой уткой» — президентом без реальной власти.
За полтора года второго срока своим резким и непредсказуемым поведением, а также прямым обманом избирателей, голосовавших за мир, за сокращение военных расходов и за увеличение внимания к внутриамериканским проблемам, получившим вместо этого сначала тарифную войну и полное отсутствие внимание к внутренним проблемам, а потом уже и полномасштабную войну в интересах Израиля, президент США Дональд Трамп растерял весь свой личный потенциал (47% одобрения) и потерю доверия в Конгрессе, причём в обеих палатах.
Трамп фактически незаконно напал на Иран и начал войну с ним, не имея никаких реальных полномочий от Конгресса на ведение войны, пользуясь лазейками в сложном американском государственном законодательстве, которые, возможно, дают ему срок воевать до 60 дней без разрешения Конгресса.
Конгресс США собирается после очередных каникул на свои заседания 13 апреля, и, несмотря на формальное республиканское большинство в обеих палатах Конгресса США, законодатели будут стремиться прекратить войну, пожирающую 1 миллиард долларов в день, не предусмотренных и без того сверхдефицитным бюджетом США, войну, вызвавшую резкое увеличение инфляции и внутренних цен на бензин.
В таких условиях всем конгрессменам и сенаторам проще всего критиковать президента США, чтобы как-то оправдаться перед своими избирателями.
По Конгрессу США у же ходит законопроект об импичменте Трампа, собравший несколько десятков голосов конгрессменов и несколько голосов сенаторов.
Нынешние ежедневные противоречивые публичные метания президента Трампа и срочные мирные переговоры связаны именно с этим — он пытается заключить хоть какой-нибудь мир перед началом слушаний в Конгрессе, чтобы сбить волну претензий по поводу незаконного начала войны.
С имиджевой точки зрения, вынося за скобки израильское давление и израильские пожелания, Трамп начал войну, чтобы переключить внимание американского общества от дела Эпштейна, а теперь новые публикации по делу Эпштейна призваны отвлечь американское общество от неудачных последствий войны за океанами.
Проблема срочного заключения мира с Ираном перед началом слушаний в Конгрессе состоит в том, что Иран отнюдь не побеждён, наоборот, Иран и его союзники в Ираке, в Йемене и в Ливане усилились, а все американские сателлиты, по сути являющиеся погонщиками верблюдов в пустынях, сидящих на нефти, разбиты и начинают думать о выживании своих стран.
Иран публично объявил о своих требованиях к мирному договору, которые являются фактической капитуляцией для США.
Это приверженность принципу ненападения, сохранение контроля Ирана над Ормузским проливом, признание права Ирана на обогащение урана, отмена всех основных и вторичных санкций против Ирана, прекращение действий всех резолюций Совета Безопасности ООН и Совета управляющих МАГАТЭ, выплата компенсаций Ирану, вывод всех американских войск из региона, прекращение войны на всех фронтах, включая Ливан.
С точки зрения Ирана эти требования являются реальными, в некоторых случаях фиксирующими статус-кво.
У Трампа и у всего руководства США есть выбор — продолжать военные действия, увеличивать свои потери, истощать арсеналы, увеличивать и без того огромный дефицит бюджета и так далее.
Продолжать войну Соединённым Штатам фактически нечем и некем.
В регион и так уже собраны все возможные авианесущие корабли, но повреждённый авианосец «Джеральд Форд» регион уже покинул и встал на ремонт, авианесущий десантный корабль «Боксер» так и не прошёл Суэцким каналом, а находящиеся в Индийском океане авианосец «Авраам Линкольн» и авианесущий десантный корабль «Триполи» отогнаны иранскими ракетами очень далеко, что не позволяет вести активные военные операции.
Американские солдаты на разбитых военных базах в регионе прячутся от иранских ракет и иранских беспилотников и никакого участия в военных действиях не принимают, являясь фактически просто мишенями.
У американцев остаются только дальние бомбардировщики Б-2 и Б-52, базирующиеся в Англии, но как только иранцы научатся их сбивать так, как они уже научились сбивать истребители Ф-15 и Ф-35, у американцев не останется никаких военных козырей.
Более того, запасы ракет, крылатых ракет и бомб заканчиваются, возобновление новыми займёт несколько лет, а то и десятки лет.
После обнародования полного списка человеческих потерь в этой ненужной США войне против Ирана воевать с чисто политической точки зрения станет невозможно.
В результате у американцев есть только две возможности — или принять иранский ультиматум, или нести дальнейшие тяжелые военные, экономические и политические потери в этой чужой войне.
Скорее всего, американцам так или иначе придётся принимать иранский мирный план, который закрепит ведущее место Ирана в регионе.
С этой единственной по сути дорогой выхода из этой войны категорически не согласно руководство Израиля, остающееся в этом случае один на один с усиливающимся Ираном и его союзниками, а также с более антиизраильски настроенными остальными странами региона и всего мира.
К тому же премьер-министру Израиля Биньямину Нетаньяху грозит завершение судебных процессов, по итогам которых он отправится в тюрьму, и единственной отсрочкой для него от судебных слушаний являются военные действия.
Именно поэтому он всячески пытается сорвать мирный процесс варварским нападением на Ливан.
Мир замер в тревожной паузе, надеясь на положительный исход мирных переговоров в Пакистане, крайне невыгодных для Израиля и вынужденных для США.
Уже завтра или послезавтра Ближний Восток будет совсем другим.
Михаил Ошеров, специально для «Русской Весны»
