ПОДВОДНО-ДИЗЕЛЬНЫЕ БАЙКИ от харьковчанина вице-адмирала Бориса Фёдоровича Приходько
ДРИСЛИНГ - РУСЛИНГ.
Только прибыли в Приморье с Камчатки.
Подремонтировались, отработали курсовую задачу №1, береговые элементы второй и третьей задач.
Успешно прошли контрольные проверки верхним (6 эскадры) и нижним (19 бригады) штабами в базе.
Командира предупредили, что планируется выход в море с верхним штабом во главе с грозным и непредсказуемым Квакиным*.
Экипаж наш перволинейный, отработанный, однако волнуемся, готовимся, изучаем особенности, привычки и наклонности своих начальников.
Опытный командир знает, что оценка будет зависеть не только от нашей готовности, но и от настроения экзаменаторов.
А настроение в значительной степени будет сформировано в кают-компании во время приема пищи, поэтому командир лично поставил задачу коку готовить изысканный обед, врачу следить за сервировкой стола,
механику иметь под рукой графин со спиртом, помощнику дополучить на складе все продукты согласно норм автономного пайка, замполиту – за всеми приглядывать и партийно-политически обеспечить.
Все доложили об исполнении: деликатесы Ворошиловского подводного пайка у складского скареды-мичмана с боем вырваны и почти без потерь загружены в лодочную провизионку.
Механик под горло заправил канистры спиртом.
Врач нашел чистеньких первогодков - матросов, сделал им медосмотр, заставил подстричь ногти, определил их в вестовые для офицерской кают-компании.
Опытный кок-мичман свое дело и так знал.
Сделали приготовление к выходу в море, приняли на борт верхний штаб, вышли из базы, удифферентовались, вошли в полигон боевой подготовки…
Погружаемся, маневрируем, выходим в атаку, стреляем, боремся за живучесть, всплываем…
Чувствуем, что тянем на четверку – пятерку.
Присматриваемся, прислушиваемся, принюхиваемся к реакции “верхнего”.
Квакин за весь выход не сказал ни слова, думает о чем-то своем, сокровенном.
Штабные тихо похваливают, но глаза многозначительно закатывают под брови – не выпасть бы из непредсказуемой колеи.
Война войной, а обед на флоте по расписанию!
Надводное положение, готовность №2.
Солнышко, ветерок, волнение 3 балла.
Скорость 6 узлов, обеденный курс выбран по волне - тихая, спокойная бортовая качка градуса по 3-4 должна способствовать аппетиту.
Дело к обеду, а там полный ажур – замполит аж лоснится от предвкушения.
Пятерка в наших подводных делах редкая штука, но чем черт не шутит!!
Прозвучала долгожданная команда – Накрыт стол в кают-компании! Команде руки мыть!
Штабные потянулись к каюте механика, где на столике графин со спиртом, пара стаканов, несколько сухариков. Самообслуживание…
Команда “руки мыть” так или иначе связана со спиртом (“шилом”), тем более, что на боевой службе из соображений экономии воды подводники руки моют ватными шариками, смоченными в спирту, ну а сейчас перед обедом святое дело…
На столе икра, языки, балыки и т.д.
Стопки заправлены грузинским рислингом**.
Тогда грузины не халтурили и дерьмо в РСФСР не поставляли.
Подняли стопки, командирский тост: “За наших в море!”.
Опрокинули.
Расслабились, потянулись за закусками.
И вдруг раздался зубовный скрежет и протяжный утробный стон.
Источником его был Главный:
- Етта шта мне падали?
- Рислинг, товарищ адмирал!
- Я не патрибляю дрислинг, я патрибляю руслинг!
Легкое замешательство за столом быстро разрядил шустрый эскадренный механик, метнувшийся в каюту за графином.
Чувствуем, что наш рейтинг начал падать…
Но ягодки были еще впереди.
Рука с вилкой у Главного зависла над столом, глаза завращались, но не наблюдают нужного предмета для закуски. А процесс ведь уже пошел…
- Хде селедка???
Командир вопросительно смотрит на всезнающего и партийно-политически ответственного замполита.
- А селедку мы не брали!
- Я брезгую! ( с ударением на у) и тарелка полетела в вестового.
До возвращения в базу Главный из каюты не выходил.
Молча быстро дообедали и побежали в базу.
На разборе в верхнем штабе присутствовали только командир и замполит.
Разбор был долгим.
Экипаж из прочного корпуса не вылезал – с волнением ждал результатов.
Наконец появились наши начальники – уставшие, распаренные, но довольные – оценка положительная - тройка!
Политотдел с трудом уговорил адмирала добавить к его оценке 1 балл!
После такого знакомства с требованиями верхнего штаба к отработке задач в море мы всегда имели в провизионке селедку, не предлагали штабу “дрислинг”, а Квакин для нас стал более предсказуемым.
* Попов Владимир Андреевич - командир эскадры, контр-адмирал; среди командиров и штабистов имел прозвище Мишка Квакин. По натуре чем-то напоминал Суворова, немного - известного Маринеско. (Из воспоминаний контр-адмирала А.Т.Штырова).
Один из международных сортов, которые возделываются во всех винодельческих странах мира. Наиболее распространён в Эльзасе, Германии, Австрии и Австралии.
