25 марта 2012 г.

Анатолий Калмыков о перспективах военной медицины в ВС РФ

Полковник Анатолий Калмыков, начальник главного Военно-медицинского управления министерства обороны РФ, в программе "Военный Совет" на "Эхо Москвы" ответил на вопросы С.Бунтмана, А.Ермолина и радиослушателей.



О традициях российской военной медицины.

А. КАЛМЫКОВ: Традиции военной медицины вообще, в российских вооруженных силах, наверное, самые мощные, и самые сильные. И это признают все ведущие мировые державы. Ну, допустим, страны НАТО признают, что советская, а теперь российская военно-медицинская школа является одной их самых лучших. И это действительно так. К сожалению, 90-е годы дали свой отпечаток на все вооруженные силы, в том числе и на всю военно-медицинскую службу. Но усилиями сейчас правительства, у нас значительные изменения положительные происходят.

Очень много мероприятий, которые способствуют развитию медицинской службы, очень много сил и средств будет вложено в ближайшее время в становление военно-медицинской службы вообще, в целом. Это очень большой процесс, очень ёмкий. И соответственно, без истории, той, которая была военно-медицинской службы вооруженных сил, обойтись никак не возможно.

Об инфекционной заболеваемости.

А. КАЛМЫКОВ: В первую очередь – это как в эту морозную зиму одет солдат, обут. Ведь если он не одет, не обут, то можно его обложить со всех сторон медикаментами, врачами. И, тем не менее, он все равно заболеет. Если нет надлежащих условий для размещения его, если нету теплого помещения для… Спальное помещение для потребностей личных. Туалет, умывальник, банное прочее обслуживание. Если нет условий для просушивания обмундирования, обуви. Соответственно конечно, тогда человек заболеет.

Вы же своего ребенка не выгоните раздетым, разутым и с мокрой обувью. Естественно, это основная задача. Медицинские службы для того и предназначены, чтобы производить контрольные мероприятия, докладывать командованию предложения по изменению и улучшению быта военнослужащих. Те мероприятия, которые будут способствовать сохранению жизни и здоровья военнослужащих. И соответственно, совместно с командованием принимать необходимые меры для устранения этих…

О властных полномочиях российских военных медиков.

А. КАЛМЫКОВ: Власть достаточна. У нас есть центр Госсанэпиднадзора, которые имеют право накладывать штрафные санкции, предъявлять необходимые предписания командованию, в том числе передавать материалы в прокуратуру, по итогам проверки размещения военнослужащих, и всех остальных мероприятий. Это и питание, это и вещевое обеспечение. Это комплекс целый мероприятий, которые проводятся в медицинской службе. Но этот комплекс должен проводиться только в полном взаимодействии, активном взаимодействии с командованием.

Доктор не может принять решение по отмене занятий. Он докладывает командиру, что в настоящее время температура низкая, необходимо сократить занятия, необходимо вообще не выпускать, допустим, подразделения на полигон. А заменить эти занятия другим видом, не полевым выходом. Это очень серьезный выход мероприятий. Потому, что в данной ситуации может развиться эпид.процесс, и доктор должен знать саму заболеваемость военнослужащих персонально. Если он знает, что рядовой Иванов болеет, и его ни в коем случае нельзя отправлять на полигон, или там, в наряд какой-то, то эти меры командование соответственно, должно выполнять.

О вакцинации

А. КАЛМЫКОВ: ... Основная причина заболеваемости – это конечно, переохлаждение личного состава. Но здесь нужно обратить внимание на то, что состояние здоровья, это и Минздрав соцразвития подтверждает. И вы знаете о том, что тот демографический провал, который у нас был в 90-е годы, тот недостаток питания, ненадлежащее медицинское обеспечение тех детей, который был, отсутствие плановых прививок, нарушение календаря детских прививок, они вот и дают последствие. Ведь у нас в 90-е годы было очень много отказов от вакцинации, которые дают сейчас последствия эти.

Ну, к примеру, можно сказать, вот яркий пример – это в Таджикистане, когда очень много заболело людей, детей в частности, инфекционными заболеваниями. И только комплексные меры, когда были привлечены силы ООН, тоже способствовали. Ведь это все было в Советском Союзе налажено. Но какие-то демагоги начали кричать о том, что не надо проводить вакцинацию детям, нужно её отменять, что там какие-то огромные противопоказания. Вот мы сейчас пожинаем плоды этого безобразия.

А. ЕРМОЛИН: ... Я один из таких демагогов. У меня не один из детей не привит, потому, что у них ослаблен иммунитет. И на первом, я уже прошел через эту ситуацию. А вот предположим… К сожалению, благодаря «вакцинации» в кавычках, там как раз, сын стал астматиком. И, в общем-то, он получил освобождение от службы. Так вот, у меня вопрос такой. Вот скажем, такие дети как мои, если приходят в вооруженные силы, в качестве рядовых сотрудников. Вот его родители не прививали, да? Там и сам он уже став совершеннолетним, не хочет прививаться. Как быть в этой ситуации? Ведь у нас же есть законодательное право, не прививать своих детей. Вот как в этой ситуации вы поступаете?

А. КАЛМЫКОВ: Есть законодательное право.

А. ЕРМОЛИН: Без прививок берете?

А. КАЛМЫКОВ: Берем. Берем, проводим… Прежде, чем в часть любую новобранец поступит, они проходят так называемых, барьерный осмотр. И после проведения барьерного осмотра, ведь они могут пока ехать, к примеру, там из Хабаровска в Екатеринбург, заболеть. Могут? Могут. С этой целью проводится барьерный осмотр, определяется состояние здоровья. Если у него имеются первичные признаки простудного заболевания, то его госпитализируют…

Не госпитализируют, подчеркиваю. Это не является больным. Его кладут в изолятор, где проводится комплекс мероприятий медицинских, контрольных. Это режимные ограничительные мероприятия, дабы это заболевание, которое имеет этот призывник, не распространилось на всю часть.

И вы представьте себе, что бывает учебный центр, прибывает из 20-ти регионов страны, и каждый привозит с собой определенный штамп заболеваний. Происходит смешение инфекций, которое значительно усиливает инфекционных характер процесса. Плюс ко всему, не секрет о том, что у людей, имеющих психологических фактор, снижается иммунное свойство организма.

Это психическая травма. Человек был дома, находился, и вдруг его посадили в поезд, отвезли в часть. Новый коллектив, новые требования, новая система труда и отдыха, питание, и всё остальное. Это травма. Это психологическая травма, это соответственно, отдаёт иммунный отпечаток. И вдруг, ещё ко всему этому привозят других новобранцев, которые имеют мощный комплект своих штаммов заболевания. И вот это всё наслаивается, получается такой у нас прогнозируемый, сезонный подъём заболеваемости.

Но, возвращаясь к вакцинации, могу сказать, что мы стараемся каждого военнослужащего убеждать в этом. Берется с него подписка о том, что он согласен на проведение вакцинации по той схеме, которая присутствует в данном регионе. Ведь у нас допустим, есть индемичные районы, где имеется клещевой энцефалит. Это Центральный военный округ, Восточный военный округ. А там, схема вакцинации проводится строго определенно. Потом, с последующей ревакцинацией, второй, третьей. Это необходимо, чтобы человек не заболел клещевым энцефалитом.

Для этого, необходимо их убеждать, и говорить, какие последствия. Для этого, медицинская служба проводит занятия, убеждает в этом. В казармах развешены плакаты, где имеются указания о том, что необходимо проводить вакцинацию.

Ведь основная, чья система боевой подготовки, сложена о том, что военнослужащий должен находиться в полевых условиях, проходить учебные занятия. То есть, всё должно быть в поле. А в поле – это соответственно, надлежащие условия должны быть. В том числе, и профилактические мероприятия, которые проводит медицинская служба. Та же вакцинация от клещевого энцефалита.

О вакцинации командируемых в Таджикистан

А. КАЛМЫКОВ: Взять, допустим, Таджикистан. Если у нас военнослужащие туда убывают, там индемичная зона по вирусному гепатиту А, по брюшному тифу. Мы проводим комплекс профилактических мероприятий, которые включают в себя вакцинацию перед убытием. И если человек не подлежит вакцинации, если он не вакцинирован от этих инфекций, то соответственно, он не имеет права, туда быть отправлен.

Соответственно, для этих целей предварительно, заранее, заблаговременно проводятся эти мероприятия, с целью определить, насколько человек может проходить службу в этом регионе. Это очень большой, объемный процесс, который проводится заблаговременно, и подготавливается военнослужащий к тому, чтобы он мог не заболеть.

Ведь если человек заболеет, если коллектив заболеет, то соответственно, снижается и уровень боевой подготовки, и уровень боеготовности вообще части. Если допустим, в учебной части у них свой процесс, то в части постоянной готовности, заболеваемость эта недопустима. Это соответственно, снижение боеготовности части.

Вот эти мероприятия, и должна проводить, и проводит медицинская служба вооруженных сил. Это не только лечебные мероприятия, это мероприятия санэпиднадзора, который включает в себя огромный комплекс задач. Это и контроль за уровнем заболеваемости, и прогноз по уровню заболеваемости.

Ну, к примеру, в этом году по осени, прогнозировалась большая заболеваемость гриппом. Ну, погода так соблаговолила, что у нас фактически грипп не пошел, не было. Хотя для этого предварительно, у нас была проведена вакцинация от гриппа, и эти мероприятия, которые планировала и проводила медицинская служба, позволила значительно снизить заболеваемость в этом году.

О массовых заболеваниях в Ужуре.

А. КАЛМЫКОВ: У нас в итоге, за этот год, по сравнению с прошлым годом, с 11-м годом, заболеваемость меньше почти в 3 раза. В 2,7 раза. По многим (неразборчиво). В том числе, и по инфекционным, в том числе и по пневмонии. Но вспышки заболеваемости, как вы говорите, в этом году не было. Были массовые заболевания, как то известные вам в Ужуре. Опять-таки, пресса там больше раздувала события. Погодные условия были очень жесткие. -48 в Ужуре были, на период подъёма заболеваемости. Вот и причина.

Почему нельзя отдавать военную медицину на аутсорсинг.

А. КАЛМЫКОВ: Медицинская служба – это не военная медицина, это очень специфичная отрасль. Вот представьте себе на корабле, да? Корабль уходит в дальнее плаванье, медицинская служба корабля, представлена врачами, фельдшерами и так далее. И вдруг, на корабле заболевает человек. Банально, удалить зуб. Это стоматологические манипуляции. Тем не менее, врачей морского профиля, обучают всей этой специфике.

... Нормальная позиция корабля, всё проводится. Это контроль за питанием, это контроль за водоснабжением. Если корабль с ядерной энергетической установкой, это радиационный контроль. Это контроль за воздухом в подводной лодке, качество воздуха. Ведь это проводит мероприятие не только химик, находящийся на борту подводной лодки, но и врач.

Контроль обсемененности воздуха. Были такие случаи, что корабль выходил на боевую задачу, и вдруг заболевали. Появлялась не понятно, откуда взявшаяся ангина. Корабль снимался с боевой задачи, это чрезвычайное происшествие. Бывали такие случаи довольно часто в Советское время. Причин на это было достаточно много. И когда разбирались, приходили к мнению, что нужно поправить какие-то моменты.

Ведь все фактически военные документы, они написаны, как это говорят, кровью, на основании каких-то причин. Почему это произошло. Каждый случай ведь тщательно разбирается специально создаваемой комиссией. И дабы не допустить распространение заболевания, перед выходом экипажа корабля, проводится огромное мероприятие для того, чтобы не допустить снижения боеготовности корабля в море, из-за того, что заболеет экипаж.

А. КАЛМЫКОВ: ...Проинструктировать по всем случаям жизни, которые могут произойти на корабле, не возможно. Это должен быть творческий подход самого врача. Но для того, творчески подходить, нужно иметь определенный комплект знаний, которые ему, тому военному врачу, преподается в военно-медицинской академии.

Это очень долгий процесс, это очень тщательная подготовка по многим позициям, которые не преподаются нигде, не в одном гражданском учебном заведении. Это особенность военной медицины. Такая же особенность имеется, к примеру, подготовки авиационных врачей. Не каждый авиационный врач, который имеется… Вернее, гражданский врач не может выполнить задачу авиационного врача. Это подготовка костюма к высотному подъёму...

Костюм для высотного подъёма, он имеет многослойную конструкцию, систему вентиляции, систему отопления, подачу воздуха. Там рассчитываются параметры температуры воздуха, скорости подачи воздуха. В этом всем, участвует военный врач, авиационный врач. Причем, лаборатория авиационной медицины, которая имеется в вооруженных силах, они проверяют годность летчика, к выполнению задачи на конкретном типе летательного аппарата. Это тоже длительная система подготовки, и достаточно большие знания, которые должен иметь врач авиационной подготовки.

Есть определенная специфика в сухопутных войсках, это знание специфики военного труда, допустим, на бронетанковой технике. Там тоже имеются свои нюансы. Много, очень много нюансов. Но самое главное, военный врач – это должен быть специалист, который будет помогать командиру, регулировать процесс, чтобы часть не стала не боеготовой.

Это организация режима труда и отдыха, организация боевой подготовки на полигонах, организация размещения части на полигоне. Не просто размещение. Ну, казалось бы, что там, поставили палатки, воду подвезли, всё, запустили процесс. Нет, контроль за качеством воды, контроль за правильностью расположения. Контроль, чтобы грызуны не заползли, и не распространилась геморрагическая лихорадка, с почечным синдромом, которая присутствует у нас, на территории России.

Это огромный комплекс мероприятий. Он так вот воочию, он не виден. Но прежде, чем выехать части на полигон. Это профилактика остро-кишечных заболеваний, профилактические мероприятия. Ведь проще предотвратить, чем лечить. Стоимость одного профилактического средства, будет копейки. А стоимость лечения средней степени заболеваемости, в десятки, а то и в сотни раз больше.

О военно-медицинской академии.

А. КАЛМЫКОВ: Вы знаете, что решением президента, будет построен суперновейший комплекс зданий военно-медицинской академии, в районе Сестрорецка. Сейчас идут проектно-изыскательские работы. Подготовлен великолепный проект. Во всяком случае, весть методологический подход, который там разработан, я его читал, это огромный комплект документов, представленный нам для медико-технического задания, которое мы разработали для военно-медицинской академии.

Ведь у нас и в академии в том числе, и в большей части госпиталя, сейчас не соответствует нашим современным санитарным нормам и правилам. А там будет построен суперсовременный, с суперсовременным оборудованием, лечебно-диагностический, и учебный комплекс, который будет позволять готовить специалистов высокого уровня. И уровень подготовки сейчас, военного врача, военно-медицинской академии, он очень высок. И позволяет конкурировать…

Во всяком случае, все иностранные специалисты, они говорят о том, что уровень подготовки советский и российских военных врачей, достаточно высок. И это неоднократно оказывали и участием в ВОВ, и даже взять сейчас вот вы спрашиваете про наполеоновские события 1812-го года. Одним из знаков того, что заслуги военных врачей в той компании были велики, когда жена Наполеона подарила военно-медицинской академии вазу, в честь признания заслуг военных медиков.



О антидепрессантах и медикаментозной коррекции.

А. ЕРМОЛИН: Анатолий Анатольевич, вот вы часто были в горячих точках, у вас есть боевые награды за спасение, в том числе погибающих. Вот с учетом этого опыта, сейчас есть много книг, в которых рассказывается документально, в том числе о том, что делают американцы. Там вот я часто цитирую книгу «Хорошие солдаты» Гуд Солджерс, и огромное внимание сейчас уделяется психологическому состоянию военнослужащих. То есть, там работают специальные психиатры, там солдатам часто назначаются антидепрессанты. Вот когда это читаешь, оно как-то вот, имея опят службы в горячих точках, в Афганистане, да? Там ну чего? 50 грамм фронтовых, вот тебе и сняли, вот тебе и антидепрессант. Вот а как сейчас устроен этот мониторинг психологического, психического состояния военнослужащих? И какой есть арсенал для того, чтобы помогать бойцам, которые вот в такой суперсложной, стрессовой ситуации находятся?

А. КАЛМЫКОВ: Ну, я могу сказать, что в российской армии фармакологическая коррекция стрессорных факторов не проводится. Мы считаем…

А. ЕРМОЛИН: 50 грамм.

А. КАЛМЫКОВ: 50 грамм – нет, это тоже не является. Но не далее вчера, как разговаривали с одним из участников ВОВ, он был в числе морской пехоты, и удивительно, но он остался живым и целым, не смотря на все огромные бои, в которых он участвовал. Он говорит, что: «Я никогда не употреблял алкоголь, может быть это меня и спасло».

А то, что у американцев имеются большие проблемы морально-психологического плана – да, это много пишется, подтверждается. Лечат они потом этими антидепрессантами, но фактически, конечного итога они не достигают этим делом.

У нас имеется система психологической коррекции. Я не беру раздел психиатрической помощи, это уже клинические факторы, которые свершились. И, кстати говоря, проводимый анализ нами, после событий первой Чечни, второй чеченской компании, афганских событий, тоже присутствовал этот, так называемый афганский синдром.

Но у советских людей, у российских военнослужащих, он развивался значительно реже. Может быть, у нас более специфично так морально-психологическая устойчивость очень высокая. Во всяком случае, я из 25 лет службы, 12 лет прослужил в горячих точках, и почему-то морально-психологического срыва у меня не произошло. Всё прошло… Ну да, вернулся с боевых действий, ну, что сделаешь?

А. ЕРМОЛИН: Но медикаментозно вы не вмешиваетесь.

А. КАЛМЫКОВ: Медикаментозной коррекции никакой нет.

О военной медицине в ВС РФ и её перспективах.

А. КАЛМЫКОВ: Она в системе была, есть и будет. Из системы военную медицину, и вообще медицинскую службу вооруженных сил убрать не возможно. Это не реально. Это не просто там отдельные подразделения, госпитали, или центра Госсанэпиднадзора, или медицинские роты. Это весь комплекс мероприятий, который способствует сохранению здоровья военнослужащих.

Да, есть проблемы в настоящее время, их в настоящее время очень активно мы решаем. У нас много вопросов сейчас возникает по боевой составляющей, так называемой, по обеспечению, по уровню подготовки. У нас кстати ежегодно… Вернее не ежегодно, а каждые 3-5 лет, обязательно любой врач, любой средний медицинский персонал, должен проходить переподготовку. И это очень жестко контролируется.

За прошлый год, у нас выполнен план по учебе абсолютно, в этом году все планы сверстаны, необходимые указания отданы, и все прибудут на учебу вовремя. Это уровень подготовки. Но хотя бы, характеризующим таким признаком, качество оказания медицинской помощи в военно-лечебных учреждениях, я могу сказать, что можно выйти на улицу, и любого спросить: «Где вы желаете полечиться? В гражданской больнице, или в военном госпитале»?

Я вам гарантию даю, что большее количество людей скажут, что они будут желать лечиться в военно-лечебном учреждении. Именно в госпитале. Почему? Это очень важный фактор. Потому, что в гражданском здравоохранении может быть сейчас и лучше там система диагностики, более современные методы есть, более современное оборудование. Но в первую очередь, что нужно больному?

Чтобы его внимательно выслушали, чтобы ему внимательно подробно рассказали, почему, как, какими препаратами будут лечить. Морально-психологический климат в военном госпитале, значительно лучше. А убрать из системы военную медицину, саму систему военного здравоохранения из вооруженных сил, просто не возможно. Мы тогда фактически получим не боеготовную армию. Мы потеряем те процессы контроля, за процессом боевой подготовки.

Это кажется, что врач предназначен только лечить. Но самое главное, он должен организовать процесс предупреждения заболеваемости, травматизма. Всех тех факторов, которые способствуют снижению боеготовности части.

О праве лечиться в госпиталях МО РФ военных пенсионеров.

А. КАЛМЫКОВ: Любой военный пенсионер, любой. Имеет право обслуживаться и в военном лечебном учреждении, и в системе гражданского здравоохранения, по системе обязательного медицинского страхования. Абсолютное право. И это право у него никто не отбирает.

Ну, давайте возьмем, пожалуйста. Пермский край, поселок Марковский, где была достаточно большая группировка войск. Сейчас там военнослужащих не осталось никого. Госпиталь соответственно сократили, передали его муниципальной системе здравоохранения. Кого он там будет обслуживать? Ведь он предназначен для оказания медицинской помощи военнослужащим, в первую очередь. И та система, которая сейчас планируется создания базовых военных городков, где будет новое современное военно-лечебное учреждение, которое будет заниматься в первую очередь обслуживанием военнослужащих, членов их семей, и естественно, военный пенсионеров.

В каждом округе имеется приказ командующего, где расписано. Приказ так и называется: «О территориальной системе медицинского здравоохранения». Если кого-то интересует этот приказ, кто к кому, к какому госпиталю прикреплен, можно придти в любой военкомат…

И узнать, что допустим, живущий где-то там, в Ханты-Мансийске к примеру, он прикреплен к военному госпиталю окружному Екатеринбурга. Пожалуйста, Россия огромна. Не может государство содержат на каждой улице, в каждом городе, в каждом поселке, даже в крупной областном центре…

О штатной численности и коечной ёмкости госпиталей МО РФ

А. КАЛМЫКОВ: И численно, и качественно приводится к той системе и дислокации, и количеству войск, которое дислоцировано в зоне ответственности этого госпиталя. Отдельные госпитали усилены, улучшены, увеличена коечная емкость. Их соответственно, штатный личный состав будет увеличен в зависимости от количества прикрепленного контингента. И исходя из этого, будет приводиться вся структура госпиталя.

Если это госпиталь раньше был с коечной емкостью 100-150 коек, а там добавилось войск, перевели из каких-то отдаленных гарнизонов, и создали один базовый городок, то там соответственно, коечная емкость в госпитале будет значительно увеличиваться. И соответственно, структура коечного фонда, если там отсутствовало допустим, травматологическое отделение, оно будет добавлено. Для этого мы проводим специальные расчеты. У нас имеется система подготовки, расчета, и уточнения потребности коечного фонда. Это большая работа, которая сейчас будет проводиться.

Полный текст интервью Анатолия Калмыкова читайте на сайте "Эхо Москвы".
http://www.echo.msk.ru/programs/voensovet/868509-echo/#element-text

Комментарий:

beljaev 18 марта 2012 | 06:18

Советская армия славилась своим образцовым противоэпидемическим обеспечением, что позволило снизить до минимума потери от инфекционных болезней во время 2-й мировой. Однако к концу СССР разруха коснулась и этой области. Во время афганской кампании противоэпидемическое обеспечение СА было безобразно, масса военнослужащих переболела в Афганистане инфекциями, главным образом, малярией, гепатитом и брюшным тифом. Это привело и к росту заболеваемости в самом СССР, за счёт завоза из Афганистана. Боюсь, что ситуация и теперь не пришла в норму, иначе откуда эти таинственные вспышки пневмоний, которые г-н Калмыков довольно наивно пытается объяснить отсутствием адекватной одежды. Простудная пневмония не даёт вспышек. Если есть вспышка - это какое-то недораспознанное эпидемическое заболевание, в симптомокомплексе которого присутствует пневмония. Хотя бы легионеллёз .

Комментариев нет:

Отправить комментарий