18 мая 2015 г.

«Дети войны» встретились за круглым столом в Харькове

В плане мероприятий Харьковского областного Комитета Международного Украинского Союза ветеранов войны (ХОК МУСУВ), посвящённых 70-летнему юбилею ПОБЕДЫ 9 Мая, нашлось место и «Круглому столу» не участников Великой Отечественной войны 1941-1945 годов, а тех, кто имеет статус «Детей войны».


Это важное и патриотически-трогательное до слёз событие состоялось 23 апреля в уютном зале заседаний Областного Комитета, возглавляемого полковником в отставке П.Е.Конюшенко — также имеющего статус ребёнка военного времени.

Возрастной диапазон десяти собравшихся мужчин: 85 — 70 лет, среди них как родившиеся в годы войны на оккупированной территории и не оккупированной, так и в довоенное время.


Трудно передать словами боль воспоминаний о годах военного лихолетья, которое пережили участники «круглого стола»: голод, холод, гибель родных и близких людей, особенно родителей, сестёр и братьев, унижение и насилие со стороны оккупантов и их пособников — предателей народа.

Мне в равной степени было интересно слушать и полковника Петра Емельяновича Конюшенко, и старшего мичмана Ивана Николаевича Любченко — ныне возглавляющего городскую организацию «Детей войны», и капитана 1 ранга Владимира Гавриловича Еременко — председателя комитета ветеранов войны Харьковского районного совета ветеранов войны и труда, члена Совета областного общества ветеранов-подводников им. Героя Советского Союза И.И.Фисановича, и других - слушать и сравнивать со своими воспоминаниями. 

Рассказывая о себе, я показал фотографию, датированную, примерно, 1942-1943 годами, на которой запечатлены выпускники детского сада и первоклассники начальной школы военного совхоза «Комсомолец» Кинельского района ныне Самарской области (Россия). 

Именно здесь летом сорок первого года оказалась семья «врага народа» и отсюда мой отец Александр Павлович Пелевин, досрочно освобождённый из какого-то гулага, убыл на войну.


Моё военное детство, как бы, разбивается на два периода. Невыносимое чувство голода и озлобления на взрослых за это: в совхозе молочно-товарная ферма, конеферма и свиноферма, овощебаза и зерновой амбар - всё учитывалось и до грамма шло на фронт и в госпиталя: молоко, масло, сметана, мясо — нельзя было ни лизнуть, ни укусить, ни отрезать, ни, тем более, утащить. 

Иногда давали сыворотку и подсолнечный жмых — это был праздник. Тяжёлый детский труд налицо: уборка коровника или на свиноферме, чистка арыков оросительной системы, борьба с сорняками на полях, сбор соломы и её скирдование, трамбовка силоса. 

Круглогодично совхоз держал оборону от волков и лис. Помню, что зимой мы гонялись по глубокому снегу за зайцами, а летом выкуривали из нор сусликов, заливая их норы водой. Запомнились похлёбка из чечевицы, синие оладьи из перезимовавшей в земле картошки и небывало крупные ягоды паслёна, который обильно рос на пепелище довоенного свинарника. 

Еды было много, а люди пухли и умирали от голода. После Сталинградской битвы стали привозить военнопленных: мадьяры (венгры) сразу заявили нам, что «Гитлер капут!», румыны всё время говорили о «Катюше» (видимо, им досталось 19 ноября 1943 года), а немцы пели «Вольга, Вольга — мать родная», наверняка зная о недавнем существовании ниже по Волге, в Саратовской области республики поволжских немцев. 


Кстати, они видели, как мы, малыши и подростки, учимся ползать по-пластунски, бросать гранаты в окоп, маскироваться на местности. За победу в таких военизированных играх полагались призы! 

Так у меня появилась шапка-ушанка с красной звездой, затем валенки — и, таким образом, получили с братом возможность поочерёдно ходить в школу зимой. Не забыть мне и того, что после получения кем-нибудь из рабочих совхоза письма-треугольника с фронта или «похоронки» из райвоенкомата, мы сразу собирали посылки на фронт и в каждой из них лежал носовой платок, на котором мною «крестиком» было вышито «Бей фашистов, солдат!».

Наша мама Аня с тремя детьми вся извелась: от отца давно с фронта не приходили весточки. Отец обнаружился тяжело контуженный, но с руками и ногами в одном из госпиталей областного города Сумы на Украине. 

Сначала туда, «на разведку», была в сентябре 1944 года отправлена моя старшая сестра Тамара, к концу того же года там оказались и мы: мама и её два сына — я и младший брат Александр, которому мне случайно в состоянии эйфории «удалось» разбить бровь 9 мая 1945 года: после команды «Последний залп по фашистам — огонь!», наступив на лопату, черенок которой, описав дугу, чуть не лишил брата глаза, шрам остался на всю жизнь. 


И ещё запомнился этот этап моего военного детства тем, что мы с братом в коротких штанишках с лямками «крест-накрест», как тогда говорили, всё время выступали перед ранеными бойцами в госпиталях — за одну из песен нам здорово хлопали. 

Запомнились слова: «У Ерёмы и Фомы одинаковы штаны. Футы-нуты, лапти гнуты — одинаковы штаны!», после чего руки в бока и вприсядку. Нас, Вовку и Сашку, всё время спрашивали: а кто из нас Ерёма и Фома? 

Бойцы и медсёстры каждый раз смеялись до слёз, так как мы отвечали, что не знаем, кого и как зовут! Зато нам что-нибудь перепадало съестного из госпитального пайка. Самое интересное в этой истории то, что в последний раз с этой народной шуточной песней мы выступали в победном году в актовом зале школы № 4, которая мне стала родной вплоть до июня 1953 года.


Каждый участник «Круглого стола» рассказал не только о годах военного лихолетья, но и о том, как сложилась его послевоенная судьба. Проведённая в стенах Харьковского областного Комитета МУСУВ встреча «детей войны» была «замечена» журналистами. И я информирую читателей блога, что она 21-23 мая будет показана по ОТБ (канал 39) Харьковского областного телевидения.

Участник «Круглого стола» Владимир ПЕЛЕВИН


Фото автора материала и неизвестного автора времён Великой Отечественной войны 1941-1945 годов (из семейного архива). В первом ряду (внизу) третий слева Сашка Пелевин, в третьем ряду крайний слева Вовка Пелевин. 


Хотелось бы получить данные и о тех, кто на фото с нами. Моя покойная мать Анна Дмитриевна Пелевина (Лушина), ушедшая в мир иной на 91-ом году жизни, и моя сестра Тамара Александровна Громова (Пелевина), которая, «догоняя» по возрасту маму, через полтора месяца отметит в Калининграде 85 лет, неоднократно говорили мне, что в первом классе я сидел за одной партой с девочкой Людой, но и сами не смогли опознать её на этой фотографии, а она на ней определённо присутствует. Может, откликнется? Несмотря на возраст, готов и встретиться...


Комментариев нет:

Отправить комментарий